![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Станция Электрозаводская
Feb. 1st, 2021 12:27 amДа и для театрального критика тема электрификации не чужая: именно на заводах золотой канители, принадлежавших семье основателя Художественного театра К.С. Станиславского, начиналось российское электротехническое производство – там перед Первой мировой войной был налажен выпуск проводов и кабелей. Более того, в 1892 году, то есть до создания МХТ, Константин Алексеев (это настоящая фамилия реформатора русской сцены) привез в Москву из Франции станки для алмазного волочения канители, что впоследствии очень пригодилось, когда пришлось создавать вместо недолговечной угольной нити накаливания вольфрамовую. В 1912 году в Москве работало уже пять ламповых фабрик, но детали и сырье поставляли из-за границы, а мастера были немцами. С началом Первой мировой немцы были высланы из Москвы, а ввоз вольфрама и молибдена почти прекратился, так что к моменту национализации в 1918 году большинство производств попросту остановилось.
В 1920 году был принят план ГОЭЛРО – для восстановления и пересоздания энергетики. Тут начинается самое интересное. Царская Россия и сама по себе не была страной с развитой промышленностью, но после мировой войны, революции, гражданской войны и вовсе оказалась безо всего. Но новый социалистический способ производства тогда представлялся панацей: многие верили, что именно отказ от частной собственности приведет к неслыханному расцвету свободного творческого труда. Увы, ждать расцвета было некогда. Поэтому решили по-быстрому взять от капиталистов то, что нужно, и дальше уже выйти в отрыв.
В конце 1925 года принято решение о создании специализированного завода в Москве, на территории недостроенного здания рижского «Проводника» – именно для него архитектор Евланов строил свой необычный готический дворец с арками и сводами. Из-за войны русско-французское производство резиновых изделий перевели в Москву, но здание не успели завершить. Его быстро приспособили под Электрозавод. С покупкой готовых технологий на Западе оказалось сложно: всего за десять лет заключено 170 договоров техпомощи, в основном с германскими и американскими компаниями, но почти 40 расторгнуты досрочно. А с берлинской фирмой ОSRAM и вообще не договорились, решили обойтись иначе. Советским инженерам, чтобы «освободиться от иностранной зависимости», было поручено «изучить зарубежный опыт и существующие проекты» и разработать на этой основе «свои оригинальные конструкции», то есть, попросту говоря, скопировать технологии. Помогло советским промышленным шпионам то, что в Европе многие реально сочувствовали первому пролетарскому государству и были готовы добровольно участвовать в его техническом перевооружении.
Особенно доброжелательны были немецкие коммунисты – после поражения в восстании 1923 года советская Россия рассматривалась как главный партнер мировой пролетарской революции.
На Электрозавод приехало около 150 немецких специалистов с семьями. На 12 тысяч тогдашних работников это не много, но был важен уровень их квалификации и убежденности. Немцы едут в Россию по идейным соображениям, они мечтают о создании справедливого устройства мира и, например, отказываются от спецпайков, так как не считают возможным любое социальное неравенство.
Иначе ведут себя практичные американцы: есть официальный договор о техническом содействии с General Electric, хотя официально США тогда еще не признали СССР. Линии закуплены, инженеры прибывают на Электрозавод, чтобы помочь разобраться с документацией. Им очень хорошо платят, но когда СССР договор разрывает, один из инженеров по собственной воле практически бесплатно остается на заводе, чтобы доделать начатое. Это интернационально-идейное сотрудничество на благо мировой революции и победы классового равенства кончается плохо: в 1935 году немцам приходится выбирать – принять советское гражданство или быть репатриированными в Германию, где к власти уже пришел Гитлер. Многие выбирают советские паспорта и продолжают работать на Электрозаводе. Но в 1937 году указом Сталина всех иностранцев увольняют со всех оборонных и полувоенных заводов. Часть новых советских граждан, ставших ненужными, выслана из Москвы, часть – посажена. Отсидеть по надуманным обвинениям пришлось миллионам – в нашей стране этим никого не удивишь. Удивительнее другое – некоторые, отсидев 18 лет, вернулись не в ГДР, а на Электрозавод и продолжили работать.
В 2001 году гендиректор группы «Электрозавод» Леонид Макаревич рассказывал в интервью, что у завода самая благоустроенная территория в Москве, есть даже 200-метровая аллея цветущих роз. Но в январе 2016 года к Макаревичу пришли с обыском. Впрочем, позже полковника Захарченко, врио начальника Управления ГУЭБиПК по декриминализации топливно-энергетического комплекса России, который якобы собирал материалы по предполагаемому хищению в «Электрозаводе», самого арестовали. Сейчас Электрозавод не работает, его помещения арендуют мелкие фирмы и мастерские, готические своды покрыты пылью, во дворах – наледь и лужи. В этом году активы группы «Электрозавод» – «мощности по производству трансформаторного оборудования в Москве и Уфе, сервисные подразделения, научно-исследовательский и проектный институты, инжиниринговый центр, а также земельные участки в районе метро «Электрозаводская» в Москве площадью 19 га» – выкупило ООО «Мегаполис-Инвест» (совместное предприятие АФК «Система» и «Сбербанк Инвестиции»). По данным СМИ, на территории московского завода новые владельцы займутся девелоперскими проектами. Таковы современные реалии.
https://www.gazeta.ru/comments/column/solnceva/13461320.shtml
В 1920 году был принят план ГОЭЛРО – для восстановления и пересоздания энергетики. Тут начинается самое интересное. Царская Россия и сама по себе не была страной с развитой промышленностью, но после мировой войны, революции, гражданской войны и вовсе оказалась безо всего. Но новый социалистический способ производства тогда представлялся панацей: многие верили, что именно отказ от частной собственности приведет к неслыханному расцвету свободного творческого труда. Увы, ждать расцвета было некогда. Поэтому решили по-быстрому взять от капиталистов то, что нужно, и дальше уже выйти в отрыв.
В конце 1925 года принято решение о создании специализированного завода в Москве, на территории недостроенного здания рижского «Проводника» – именно для него архитектор Евланов строил свой необычный готический дворец с арками и сводами. Из-за войны русско-французское производство резиновых изделий перевели в Москву, но здание не успели завершить. Его быстро приспособили под Электрозавод. С покупкой готовых технологий на Западе оказалось сложно: всего за десять лет заключено 170 договоров техпомощи, в основном с германскими и американскими компаниями, но почти 40 расторгнуты досрочно. А с берлинской фирмой ОSRAM и вообще не договорились, решили обойтись иначе. Советским инженерам, чтобы «освободиться от иностранной зависимости», было поручено «изучить зарубежный опыт и существующие проекты» и разработать на этой основе «свои оригинальные конструкции», то есть, попросту говоря, скопировать технологии. Помогло советским промышленным шпионам то, что в Европе многие реально сочувствовали первому пролетарскому государству и были готовы добровольно участвовать в его техническом перевооружении.
Особенно доброжелательны были немецкие коммунисты – после поражения в восстании 1923 года советская Россия рассматривалась как главный партнер мировой пролетарской революции.
На Электрозавод приехало около 150 немецких специалистов с семьями. На 12 тысяч тогдашних работников это не много, но был важен уровень их квалификации и убежденности. Немцы едут в Россию по идейным соображениям, они мечтают о создании справедливого устройства мира и, например, отказываются от спецпайков, так как не считают возможным любое социальное неравенство.
Иначе ведут себя практичные американцы: есть официальный договор о техническом содействии с General Electric, хотя официально США тогда еще не признали СССР. Линии закуплены, инженеры прибывают на Электрозавод, чтобы помочь разобраться с документацией. Им очень хорошо платят, но когда СССР договор разрывает, один из инженеров по собственной воле практически бесплатно остается на заводе, чтобы доделать начатое. Это интернационально-идейное сотрудничество на благо мировой революции и победы классового равенства кончается плохо: в 1935 году немцам приходится выбирать – принять советское гражданство или быть репатриированными в Германию, где к власти уже пришел Гитлер. Многие выбирают советские паспорта и продолжают работать на Электрозаводе. Но в 1937 году указом Сталина всех иностранцев увольняют со всех оборонных и полувоенных заводов. Часть новых советских граждан, ставших ненужными, выслана из Москвы, часть – посажена. Отсидеть по надуманным обвинениям пришлось миллионам – в нашей стране этим никого не удивишь. Удивительнее другое – некоторые, отсидев 18 лет, вернулись не в ГДР, а на Электрозавод и продолжили работать.
В 2001 году гендиректор группы «Электрозавод» Леонид Макаревич рассказывал в интервью, что у завода самая благоустроенная территория в Москве, есть даже 200-метровая аллея цветущих роз. Но в январе 2016 года к Макаревичу пришли с обыском. Впрочем, позже полковника Захарченко, врио начальника Управления ГУЭБиПК по декриминализации топливно-энергетического комплекса России, который якобы собирал материалы по предполагаемому хищению в «Электрозаводе», самого арестовали. Сейчас Электрозавод не работает, его помещения арендуют мелкие фирмы и мастерские, готические своды покрыты пылью, во дворах – наледь и лужи. В этом году активы группы «Электрозавод» – «мощности по производству трансформаторного оборудования в Москве и Уфе, сервисные подразделения, научно-исследовательский и проектный институты, инжиниринговый центр, а также земельные участки в районе метро «Электрозаводская» в Москве площадью 19 га» – выкупило ООО «Мегаполис-Инвест» (совместное предприятие АФК «Система» и «Сбербанк Инвестиции»). По данным СМИ, на территории московского завода новые владельцы займутся девелоперскими проектами. Таковы современные реалии.
https://www.gazeta.ru/comments/column/solnceva/13461320.shtml
