Сто лет назад
Apr. 13th, 2020 02:32 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
scif_yarВ российской исторической науке эта проблематика стала появляться лишь в последние годы 2, и она тесно связана с дискурсом политики памяти. В самом широком смысле под политикой памяти можно понимать целенаправленную деятельность по репрезентации определенного образа прошлого, востребованного в современном политическом контексте, посредством различных вербальных и визуальных средств. В нашей стране проработка образов Гражданской войны в пространстве памяти тоже имела непростой характер и длительную временную дистанцию. Дихотомия «красные/белые» в первые десятилетия советской власти однозначно трактовалась как «наши/не наши». Символическим образом «белых» можно считать знаменитую «психическую атаку каппелевцев» в фильме «Чапаев» (1934 г.). Эстетика сцены явно формировала смысл: «белые не наши, чужие». В черной форме под барабанный бой, неся черное знамя с черепом и костями, механически маршируют эти позеры с сигарой в зубах и английским стеком в руках. А уж когда под огнем Анки-пулеметчицы лощеные «интеллигенты» начинают скакать, как блохи на сковороде, в сознании зрителя четко оформляется антиномия «мы они». «Они» это подлый и жестокий враг, достойный только одного уничтожения.
Лишь на закате оттепели появились сразу три фильма, который рисовали других белых: «Служили два товарища» (1968), «Адъютант его превосходительства» (1969), «Бег» (1970). Картина гражданской войны из плоской чернобелой начинала превращаться в объемную, со множеством оттенков. Белые явились вдруг людьми честными, достойными и сильными духом. Признавалось, что они совершили историческую ошибку, но в этом была их глубокая трагедия. Именно после этого в условиях набившего оскомину советского официоза студенчество запело под гитару «белогвардейские» песни. Романтика революции к этому времени уже испарилась, взоры тянулись к «романтике контрреволюции». Белые в этих текстах были исполнены благородства и высокого трагизма, а красные выступали разрушителями России. Однако необходимо отметить в этом явлении изрядную долю самоиронии, идентифицировать себя всерьез с Белой гвардией не получалось, было ощущение некой красивой легенды, бесконечно далекой от нашей жизни.
1 Во Франции, например, под руководством Пьера Нора был осуществлен масштабный исследовательский проект «Места памяти» для изучения связи истории, памяти и национальной идентичности. В проект были вовлечены 130 ученых, результатом его стало многотомное издание «Les lieux de mémoire»; См. также: Империя и нация в зеркале исторической памяти: Сб. статей. М: Новое издательство, 2011; Halbwachs M. The Collective Memory. New York, 1980; Зерубавель Я. Динамика памяти // Ab Imperio С ; Ассман А. Длинная тень прошлого. Мемориальная культура и историческая политика. М.: НЛО, 2006; Шеррер Ю. Германия и Франция: проработка прошлого // Pro et Contra С Бордюгов Г. А. Октябрь. Сталин. Победа. Культ юбилеев в пространстве памяти. М.: АИРО XXI, 2010; Бордюгов Г. А. «Войны памяти» на постсоветском пространстве. М.: АИРО-ХХI, 2011; Волков Е. В. «Гидра контрреволюции». Белое движение в культурной памяти советского общества. Челябинск, 2008; Копосов Н. Память строгого режима: История и политика в России. М.: НЛО,
7 Девяностые годы принесли с собой тотальный пересмотр пространства коллективной памяти. Слом координат происходил в форме ожесточенных споров, в публичном дискурсе шли постоянные «бои за историю» и «суды истории». «Россия, которую мы потеряли» 1, выглядела теперь «идеальным отечеством», уничтоженным коммунистическим режимом. Однако новая антиномия «мы они» в виде «народ коммунисты» порождала такое раздвоение идентичности, которое было сродни травматическому шоку. Национальное сознание не может длительное время находиться в состоянии болезненного разлома, оно неизбежно начинает искать пути к «врачеванию ран». Одним из таких способов применительно к гражданской войне стало движение исторической реконструкции. Оно зародилось стихийно на рубеже х гг., и участники военно-исторических клубов принялись «проигрывать» прошлое. Несмотря на игровую форму, дело для самих реконструкторов было серьезным, оно требовало времени, денег и усилий. Стремясь к наибольшей аутентичности, они изготавливали форму, шевроны и кокарды, находили оружие и учились верховой езде, читали мемуары и монографии. Фактически приверженцы ролевых игр и реконструкции породили целую субкультуру 2. Создавались клубы марковцев и дроздовцев, но одновременно создавались и «Московский сводный пролетарский полк» и клуб «Красная Звезда». Проживая вновь и вновь это противостояние в виде игры, участники реконструкций с одной стороны «снимали» неизбывность конфликта, а с другой получали в прошлом какие-то прочные участки, куда можно было бросить якорь памяти. Отражением изменений, которые происходили и происходят в историческом сознании, служит появление памятников, связанных с Гражданской войной. В период гг. мы можем указать более 30 мемориальных объектов, связанных с Белым движением 3. Анализируя многочисленные материалы в СМИ и дискуссии в соцсетях, можно вычленить некоторые черты, которые свойственны процессу «врачевания ран» в коллективной памяти современной России. 1 Документально-публицистический фильм С. Говорухина (1992 г.). 2 Сейчас их численность в России достигает 80 тыс. человек. См.: Божок Н. С. Движение исторической реконструкции как феномен молодежной культуры. Автореф. дис. канд. социолог. наук. Саратов, Жертвам гражданской войны (г. Краснодар); памятник Согласия и Примирения (г. Новочеркасск); генералу С. Л. Маркову (г. Сальск, Ростовская область); адмиралу А. В. Колчаку (памятники г. Омск и г. Иркутск, мемориальные доски г. Владивосток, г. Екатеринбург, ж/д вокзал Иркутска, с. Шипуново Алтайского края, г. Петербург); генералу А. И. Деникину, генералу В. О. Каппелю, философу И. А. Ильину мемориал в Донском монастыре (г. Москва), мемориальная доска В. О. Каппелю (г. Белев, Тульская область); генералу А. М. Каледину, мемориальная доска (г. Новочеркасск); мемориал «Примирение народов», храм Всех Святых (г. Москва) символические мемориальные плиты жертвам красного террора, генералам российской императорской армии; атаману А. И. Дутову (мемориальные доски п. Краснинский Челябинской области, г. Оренбург); «Исход» памятник белогвардейцам (г. Новороссийск); генералу Л. Г. Корнилову (г. Краснодар); генералу П. Н. Краснову, мемориал «Донские казаки в борьбе с большевиками» (ст. Еланская, Ростовская область); барону П. Н. Врангелю (г. Керчь). 6
8 Инициатива снизу Современные условия позволяют любому частному лицу, фонду или общественной организации на свои средства изготовить памятник. Сложности начинаются с получения разрешения от муниципалитета для установки этого памятника. Впрочем, если мемориальный объект устанавливается на частной территории, то здесь процедура согласования и разрешения отсутствует. Ярким примером этого феномена могут служить мемориальные объекты в Сибири. В Иркутске предприниматель С. В. Андреев заказал памятник Колчаку скульптору В. М. Клыкову, однако в течение нескольких лет городская администрация не давала разрешения на его установку. В городе шли жаркие дискуссии, левые выступали против увековечения «сибирского Гитлера». Городская администрация предлагала инициаторам поменять концепцию памятника пусть Колчак будет подан как полярный исследователь и ученый. Пока в Иркутске ломали копья, владелец омского ресторана «Колчак» взял и поставил памятник адмиралу в нише здания своего ресторана. Тогда инициаторы в Иркутске принялись заливать бетонный постамент на территории частного строительного рынка, после чего мэрия оказалась в сложной ситуации: запрет на открытие выливался в скандал, а согласиться с самовольной установкой городские власти не могли 1. В итоге памятник был установлен над Ангарой, недалеко от места гибели Колчака. Он изображен накануне расстрела с непокрытой головой, без погон, в накинутой на плечи шинели. А на постаменте две фигуры белогвардейца и красноармейца, которые опустили оружие. И лаконичная надпись «Адмирал Колчак». Нужно отметить, что инициатива снизу проявляется не только в увековечивании Белого движения. В Тюмени ветераны правоохранительных органов установили памятник Ф. Э. Дзержинскому, изготовил его скульптор-любитель, бывший сотрудник МВД. Надпись на постаменте тоже лаконична и исполнена символики «ВЧК ОГПУ КГБ ФСБ». И если возле памятника Корнилову почетный караул стоит в форме кубанских казаков Добровольческой армии, то возле Дзержинского юноши стоят в форме НКВД. Отчасти именно «инициативой снизу» и материальными соображениями инициаторов можно объяснить такую стилистическую черту памятников как антимонументализм. Логика здесь проста многометровые скульптуры требуют соответствующего пьедестала и соответствующих затрат. Однако в стремлении сделать памятник более «интимным» можно уловить и определенный запрос коллективной памяти избегать «колоссов», приблизить прошлое человеку. Окуджава когда-то писал о «пьедесталах, которые выше побед». Стремление уйти от «пьедесталов» демонстрирует, как в коллективной памяти укрепляется мысль здесь, в гражданской войне «победы» не было. 1 См.: Памятник адмиралу А. В. Колчаку: взгляд со стороны
Великая революция в региональном измерении: 1917–1921 годы в истории Тульской губернии: Сб. материалов региональной науч.- практ. конф., посвящ. 100-летию Великой российской революции Тула, 2017, С. 283)
https://docplayer.ru/74255878-Aaeeeass-daaiethoess-a-daaeiiaeuiii-eciadaiee.html
Лишь на закате оттепели появились сразу три фильма, который рисовали других белых: «Служили два товарища» (1968), «Адъютант его превосходительства» (1969), «Бег» (1970). Картина гражданской войны из плоской чернобелой начинала превращаться в объемную, со множеством оттенков. Белые явились вдруг людьми честными, достойными и сильными духом. Признавалось, что они совершили историческую ошибку, но в этом была их глубокая трагедия. Именно после этого в условиях набившего оскомину советского официоза студенчество запело под гитару «белогвардейские» песни. Романтика революции к этому времени уже испарилась, взоры тянулись к «романтике контрреволюции». Белые в этих текстах были исполнены благородства и высокого трагизма, а красные выступали разрушителями России. Однако необходимо отметить в этом явлении изрядную долю самоиронии, идентифицировать себя всерьез с Белой гвардией не получалось, было ощущение некой красивой легенды, бесконечно далекой от нашей жизни.
1 Во Франции, например, под руководством Пьера Нора был осуществлен масштабный исследовательский проект «Места памяти» для изучения связи истории, памяти и национальной идентичности. В проект были вовлечены 130 ученых, результатом его стало многотомное издание «Les lieux de mémoire»; См. также: Империя и нация в зеркале исторической памяти: Сб. статей. М: Новое издательство, 2011; Halbwachs M. The Collective Memory. New York, 1980; Зерубавель Я. Динамика памяти // Ab Imperio С ; Ассман А. Длинная тень прошлого. Мемориальная культура и историческая политика. М.: НЛО, 2006; Шеррер Ю. Германия и Франция: проработка прошлого // Pro et Contra С Бордюгов Г. А. Октябрь. Сталин. Победа. Культ юбилеев в пространстве памяти. М.: АИРО XXI, 2010; Бордюгов Г. А. «Войны памяти» на постсоветском пространстве. М.: АИРО-ХХI, 2011; Волков Е. В. «Гидра контрреволюции». Белое движение в культурной памяти советского общества. Челябинск, 2008; Копосов Н. Память строгого режима: История и политика в России. М.: НЛО,
7 Девяностые годы принесли с собой тотальный пересмотр пространства коллективной памяти. Слом координат происходил в форме ожесточенных споров, в публичном дискурсе шли постоянные «бои за историю» и «суды истории». «Россия, которую мы потеряли» 1, выглядела теперь «идеальным отечеством», уничтоженным коммунистическим режимом. Однако новая антиномия «мы они» в виде «народ коммунисты» порождала такое раздвоение идентичности, которое было сродни травматическому шоку. Национальное сознание не может длительное время находиться в состоянии болезненного разлома, оно неизбежно начинает искать пути к «врачеванию ран». Одним из таких способов применительно к гражданской войне стало движение исторической реконструкции. Оно зародилось стихийно на рубеже х гг., и участники военно-исторических клубов принялись «проигрывать» прошлое. Несмотря на игровую форму, дело для самих реконструкторов было серьезным, оно требовало времени, денег и усилий. Стремясь к наибольшей аутентичности, они изготавливали форму, шевроны и кокарды, находили оружие и учились верховой езде, читали мемуары и монографии. Фактически приверженцы ролевых игр и реконструкции породили целую субкультуру 2. Создавались клубы марковцев и дроздовцев, но одновременно создавались и «Московский сводный пролетарский полк» и клуб «Красная Звезда». Проживая вновь и вновь это противостояние в виде игры, участники реконструкций с одной стороны «снимали» неизбывность конфликта, а с другой получали в прошлом какие-то прочные участки, куда можно было бросить якорь памяти. Отражением изменений, которые происходили и происходят в историческом сознании, служит появление памятников, связанных с Гражданской войной. В период гг. мы можем указать более 30 мемориальных объектов, связанных с Белым движением 3. Анализируя многочисленные материалы в СМИ и дискуссии в соцсетях, можно вычленить некоторые черты, которые свойственны процессу «врачевания ран» в коллективной памяти современной России. 1 Документально-публицистический фильм С. Говорухина (1992 г.). 2 Сейчас их численность в России достигает 80 тыс. человек. См.: Божок Н. С. Движение исторической реконструкции как феномен молодежной культуры. Автореф. дис. канд. социолог. наук. Саратов, Жертвам гражданской войны (г. Краснодар); памятник Согласия и Примирения (г. Новочеркасск); генералу С. Л. Маркову (г. Сальск, Ростовская область); адмиралу А. В. Колчаку (памятники г. Омск и г. Иркутск, мемориальные доски г. Владивосток, г. Екатеринбург, ж/д вокзал Иркутска, с. Шипуново Алтайского края, г. Петербург); генералу А. И. Деникину, генералу В. О. Каппелю, философу И. А. Ильину мемориал в Донском монастыре (г. Москва), мемориальная доска В. О. Каппелю (г. Белев, Тульская область); генералу А. М. Каледину, мемориальная доска (г. Новочеркасск); мемориал «Примирение народов», храм Всех Святых (г. Москва) символические мемориальные плиты жертвам красного террора, генералам российской императорской армии; атаману А. И. Дутову (мемориальные доски п. Краснинский Челябинской области, г. Оренбург); «Исход» памятник белогвардейцам (г. Новороссийск); генералу Л. Г. Корнилову (г. Краснодар); генералу П. Н. Краснову, мемориал «Донские казаки в борьбе с большевиками» (ст. Еланская, Ростовская область); барону П. Н. Врангелю (г. Керчь). 6
8 Инициатива снизу Современные условия позволяют любому частному лицу, фонду или общественной организации на свои средства изготовить памятник. Сложности начинаются с получения разрешения от муниципалитета для установки этого памятника. Впрочем, если мемориальный объект устанавливается на частной территории, то здесь процедура согласования и разрешения отсутствует. Ярким примером этого феномена могут служить мемориальные объекты в Сибири. В Иркутске предприниматель С. В. Андреев заказал памятник Колчаку скульптору В. М. Клыкову, однако в течение нескольких лет городская администрация не давала разрешения на его установку. В городе шли жаркие дискуссии, левые выступали против увековечения «сибирского Гитлера». Городская администрация предлагала инициаторам поменять концепцию памятника пусть Колчак будет подан как полярный исследователь и ученый. Пока в Иркутске ломали копья, владелец омского ресторана «Колчак» взял и поставил памятник адмиралу в нише здания своего ресторана. Тогда инициаторы в Иркутске принялись заливать бетонный постамент на территории частного строительного рынка, после чего мэрия оказалась в сложной ситуации: запрет на открытие выливался в скандал, а согласиться с самовольной установкой городские власти не могли 1. В итоге памятник был установлен над Ангарой, недалеко от места гибели Колчака. Он изображен накануне расстрела с непокрытой головой, без погон, в накинутой на плечи шинели. А на постаменте две фигуры белогвардейца и красноармейца, которые опустили оружие. И лаконичная надпись «Адмирал Колчак». Нужно отметить, что инициатива снизу проявляется не только в увековечивании Белого движения. В Тюмени ветераны правоохранительных органов установили памятник Ф. Э. Дзержинскому, изготовил его скульптор-любитель, бывший сотрудник МВД. Надпись на постаменте тоже лаконична и исполнена символики «ВЧК ОГПУ КГБ ФСБ». И если возле памятника Корнилову почетный караул стоит в форме кубанских казаков Добровольческой армии, то возле Дзержинского юноши стоят в форме НКВД. Отчасти именно «инициативой снизу» и материальными соображениями инициаторов можно объяснить такую стилистическую черту памятников как антимонументализм. Логика здесь проста многометровые скульптуры требуют соответствующего пьедестала и соответствующих затрат. Однако в стремлении сделать памятник более «интимным» можно уловить и определенный запрос коллективной памяти избегать «колоссов», приблизить прошлое человеку. Окуджава когда-то писал о «пьедесталах, которые выше побед». Стремление уйти от «пьедесталов» демонстрирует, как в коллективной памяти укрепляется мысль здесь, в гражданской войне «победы» не было. 1 См.: Памятник адмиралу А. В. Колчаку: взгляд со стороны
Великая революция в региональном измерении: 1917–1921 годы в истории Тульской губернии: Сб. материалов региональной науч.- практ. конф., посвящ. 100-летию Великой российской революции Тула, 2017, С. 283)
https://docplayer.ru/74255878-Aaeeeass-daaiethoess-a-daaeiiaeuiii-eciadaiee.html
no subject
Date: 2020-04-13 05:30 pm (UTC)И песня из которого в офицерской общаге 1983 года была наипопулярнейшей.
no subject
Date: 2020-04-13 08:14 pm (UTC)*
Последняя осень
авт. Юрий Борисов
Напишу через час после схватки
А сейчас не могу не проси.
Эскадроны бегут без оглядки
Мертвецов унося на рыси.
Нас уже не хватает в шеренгах по восемь,
Офицерам наскучил солдатский жаргон.
И кресты вышивает последняя осень
По истертому золоту наших погон.
Напишу через час после смерти.
А сейчас не могу, не зови
Похоронный сургуч на конверте
Замесили на нашей крови.
Мы у господа Бога пощады не просим,
Только пули свистят отовсюду вдогон.
И кресты вышивает проклятая осень
По истертому золоту наших погон.
https://www.youtube.com/watch?v=MRMXZ9zPvU0
no subject
Date: 2020-04-13 08:29 pm (UTC)-
1968 год , русское поле и вот это все
Владимир Ивашов - Русское поле
Из к/ф "Новые приключения неуловимых", реж. Э.Кеосаян, Мосфильм, 1968
https://www.youtube.com/watch?v=XN9xUHiq3gQ